4 сезон / 5 серия

Как быть дальше? Неприкаянные уничтожают планеты, а Альянсу нечем ответить. Мут’Хазат предлагает выход. Рамин хочет понять цели Кирана. И Алаас слышит знакомый голос.

Орбита Торины-5:

«Вавилон-6» висит на орбите, окружённый обычным количеством транспортных, технических и военных кораблей. Однако можно заметить, что военных кораблей разнообразных рас неожиданно больше.

«Вавилон-6». Синий сектор. Зал заседаний:

Келл выступает перед полным собранием.

Келл: Мы несём тяжёлые потери, если пытаемся вступить в бой с Неприкаянными. В настоящий момент их корабли значительно превосходят наши по всем параметрам. (пауза, в рядах послов тихое недовольное бормотание) Мы работаем над поиском средств, способных нам помочь в этой войне, но пока что могу посоветовать лишь избегать столкновений с ними. (снова возмущённые перешёптывания) У нас есть один небольшой плюс. У Неприкаянных не так много кораблей, и они атакуют не так много целей, поэтому…

Кристофер переводит взгляд на Шу‘Корта. Тот поднимается.

Шу‘Корт: Мы должны избегать контакта с врагом насколько это возможно. Необходимо экономить корабли, накапливать силы, выбивать всех тех, кого мы можем выбить. Я говорю про плеританов, корпашей и ситтанексов, а также этих… фуртаноков. Они отступили на укреплённые позиции и тоже сидят тихо. Без необходимости мы туда лезть не будем, но вот все остальные шансы должны использовать. Разведка, молниеносные удары, эвакуация планет перед атакой Неприкаянных. Мы будем избегать крупных сражений. Пока.

Келл (перенимая): Мы сейчас работаем над списком потенциальных целей, чтобы предугадать предстоящие удары врага. Помогите нам! Предоставьте транспорты для эвакуации колоний, находите безопасные зоны. У нас есть маленький запас времени…

Таррок (поднимаясь): Всё это звучит логично, капитан. Но есть ли план победить?

На минуту в зале воцаряется тишина. Все смотрят на Келла, ожидая ответа.

Келл (глубоко вдыхая): Врать не буду. Шансы крайне малы. У нас есть некоторые наработки, но о них пока рано говорить. Важно сейчас экономить боевые соединения для момента, когда можно будет нанести удар. Когда это будет, сказать не могу. Но все должны быть готовы.

Таррок: В идеале звучит неплохо, капитан. Но что делать, если Неприкаянные атакуют родную планету одного из членов альянса? Продолжать избегать сражений?

Кристофер долгое время молчит, медленно переводя взгляд с одного посла на другого. В конце он останавливается на после дрази.

Келл (хмуро): Я не знаю ответа на этот вопрос. Если у нас не будет средств противостоять этому врагу… (тяжело вздыхает, длинная пауза) Будем решать по мере поступления информации. Для этого прошу отслеживать активность Неприкаянных, но не вступать в бой.

Кажется, послы более-менее удовлетворены ответом.

Келл: А сейчас хочу предоставить слово… гостю собрания. (поднимает руки) Прошу спокойно выслушать его.

В зале начинает сгущаться тьма, и в центре зала появляется фигура кор‘хаара.

Это вызывает достаточно бурную реакцию послов, некоторые вскакивают с мест, но через минуту всё же они успокаиваются и рассаживаются снова.

Мут‘Хазат (своим обычным хриплым, зловещим шёпотом): Вы все дети богов… покинувших эти пределы. (короткая пауза) В своей гордыне и наивности вы отвергли их дар и теперь платите за эту ошибку. (снова пауза) Возвращение древнего врага, стремящегося покарать вас за то, что вас когда-то защитили Тени – это кара за вашу глупость.

Келл выглядит недовольным, как поворачивается выступление. Он хмурится.

Келл (грозно): Мут‘Хазат, не нужно лишней драмы. К делу!

Кор‘Хаар, стоя спиной к Кристоферу, коротко слегка поворачивает голову, словно хочет посмотреть на того, кто перебил его.

Мут‘Хазат: У вас есть оружие против Неприкаянных. Возьмите его.

После этих слов по залу проходит волна удивления и заинтересованности. Слышатся фразы вроде: «Что это?».

Кор‘хаар выдерживает драматическую паузу.

Мут‘Хазат: Тени уже сражали их. Возьмите их наследие и сокрушите древнего врага.

Келл: Вы предлагаете нам технологии Теней?

Мут‘Хазат: Да.

По залу пробегает смешанная волна удивления и возмущения.

Орбита Торины-5:

Показываются бухты эскадрильи Сигма. Открываются створки, и из двух из них вылетают Громовержцы. Отходя от станции, они делают вираж и уходят в сторону планеты.

Кабина Громовержца Сигмы-1:

Алаас: Сигма-1 Сигме-11!

Клэрилл (голос по каналу связи): Сигма-11 слушает.

Алаас (с улыбкой): Натали, тебе, пожалуй, стоит придумать позывной.

Клэрилл: Например?

Алаас: Хм… Надо подумать.

Клэрилл: А какой у тебя?

Алаас: Шиликун.

Клэрилл: Интересно звучит. Что это значит?

Орбита Торины-5:

Громовержцы облетают планету, заходя на её другую сторону. Вдали появляется силуэт корабля кор‘хааров.

Кабина Громовержца Сигмы-11:

Клэрилл управляет истребителем.

Алаас (по каналу связи): Это старое слово одной из народностей Земли. Означает что-то вроде духа воды. Злого духа.

Клэрилл (со смешком): Ты совсем не похож на злого.

Алаас: Это как посмотреть. (пауза) Ладно, давай протестируем лётные характеристики машин с новыми системами. Ветров много работал над ними. Попробуем доложить ему об успехе.

Орбита Торины-5:

Громовержцы уже облетели планету и приближаются к кораблю кор‘хааров, который кажется кроваво-чёрным шрамом на теле вселенной.

Кабина Громовержца Сигмы-1:

Алаас смотрит на корабль и хмурится.

Алаас: Компьютер, это всё тот же корабль, который прибыл в первый раз?

Компьютер: Корабль не отбывал.

Алаас: Натали?

Клэрилл: Да?

Алаас: Тебе не кажется, что эта штука изменилась?

Клэрилл (через пару секунд): Он стал… цельнее?

Орбита Торины-5:

Корабль кор‘хааров вблизи выглядит несколько иначе. Ранее на нём были видны следы старых сражений, следы прошедших эпох. Сейчас, кажется, будто он «залечил раны». Броня более целостная, корпус строен.

Кабина Громовержца Сигмы-1:

Алаас: Ладно, летим к сектору учений.

Клэрилл: Погоди. Ты тоже это видишь?

Орбита Торины-5:

Пространство вокруг корабля начинает «разрываться», образуя провал.

Кабина Громовержца Сигмы-1:

Алаас: Натали! Уходим!

Орбита Торины-5:

Видно, что Громовержцы подлетели слишком близко к кораблю. Образующийся провал «проглатывает» корабль кор‘хааров и вместе с ним истребители станции. На месте, где они были, больше ничего нет.

(Одновременно с этими словами показываются кадры сражения у Врат Неприкаянных, появление возле станции корабля кор‘хааров, битва возле Примы Центавра, Долион, ещё больше мутировавший Ведьмак, временное искажение в Секторе-14, бой на станции, люди в панике, кадры битвы на планете Нум-Ри-Хар-2).

Минбар. Йедор. Улица:

Ночь.

Рамин в плаще покидает дом, поворачивается и пугается. Перед ней стоит Сандел.

Сандел: Прошу прощения, что испугал, Рамин.

Рамин: Что ты здесь делаешь?

Сандел: Как я уже говорил, Киран просил присматривать за Вами, защищать, помогать.

Рамин: Ты теперь неотступно будешь следовать за мной?

Сандел: Так просил брат. Защищать и помогать.

Рамин думает с минуту, затем достаёт листок бумаги, что-то втайне пишет на нём, но зритель видит, что там написано: «Задержи его». Протягивает Санделу.

Рамин: Ну раз помогать… Прошу, отнеси эту записку Кэти. Ты помнишь, где её найти?

Сандел очевидно теряется при упоминании человеческой девушки, но также в его глазах загорается искра предвкушения, которую он тут же пытается скрыть.

Рамин (кланяется): Ступай.

Вавилон-6». Синий сектор. Коридор:

Келл, Волков и Шу‘Корт идут по коридору. Все они выглядят достаточно мрачно.

Шу‘Корт: Меня очень беспокоит предложение кор‘хааров. Оно…

Келл: Меньшее зло?

Шу‘Корт (недоумевая): Что? (думает) Это то, на чём хочет сыграть Мут‘Хазат. Вы так не считаете?

Келл: И зачем ему это? Я так понимаю, он действует по принципу: враг моего врага – мой друг. Нет?

Шу‘Корт: Не считая Изначальных, это самая старая раса, с которой мы встречались. Трудно понять их истинные замыслы. Хотя его слова звучат логично. В отсутствие доступа к планетам ворлонов технологии Теней – это самое мощное оружие, которым мы можем обладать. (пауза) Но какой ценой?

Келл: Велика ли цена выживания? В чём смысл пренебрегать чем-то, пусть даже опасным, если речь идёт о спасении галактики?

Шу‘Корт: Вы за то, чтобы принять это предложение, капитан?!

Келл: А есть ли у нас выбор?

Шу‘Корт (думает): А если сделать наоборот? Максимально дистанцироваться от наследия Теней? Если Неприкаянные мстят за действия Теней… Мы можем доказать, что Тени были врагами наших цивилизаций на протяжении тысяч лет.

Волков (с сомнением качает головой): Думаю, для них это не имеет значения. Они… за гранью логики. Они не мыслят рационально. Больше нет. Мне ни разу не удалось телепатически до них достучаться. Либо они не слышат, либо игнорируют. Я натыкаюсь на… (пытается подобрать слова) трудно объяснить… барьер. Барьер из… бешеного гнева.

В этот момент у Келла даёт о себе знать коммуникатор.

Келл (в коммуникатор): Слушаю.

Сандер (взволнованно): Капитан! Э-э…

Келл: Что, сержант?

Сандер: У нас ЧП…

Келл (возмущённо): Сержант, мне из тебя каждое слово вытягивать?

Сандер: Корабль кор‘хааров пропал.

Келл: И?

Сандер (виновато): Простите. Два Громовержца пропали вместе с ним.

Келл: Чьи?

Сандер: Алааса и… Клэрилл.

Волков тут же срывается с места.

Гиперпространство:

Мрачный силуэт корабля кор’хааров летит через красную дымку, разрываемую далёкими разрядами.

Камера приближается к его корпусу, ныряет ниже, и мы видим два Громовержца, прикреплённые к кораблю.

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас проверяет приборы, затем устанавливает канал связи.

Алаас: Натали, ты как?

Клэрилл: Я в порядке. (короткая пауза) Что произошло?

Алаас: Похоже, нас затянуло в воронку гиперпространства, когда корабль в него уходил.

Клэрилл: Это не захват?

Алаас: Не похоже. Кажется, мы просто оказались не в то время не в том месте.

Клэрилл: И что теперь будем делать? Стоит ли отделиться и вернуться на «Вавилон-6».

Алаас (проверяя данные с приборов): Боюсь, так просто не получится. Я не засекаю сигналов знакомых маяков. Если мы отцепимся, велика вероятность остаться в гиперпространстве навсегда. Пока лучший вариант держаться за корабль.

Клэрилл: А… они нас не обнаружат?

Алаас (мысленно пожимая плечами): Да кто их знает. Я настроил связь между нами через лазер. Её обнаружить не должны. А так… (меняет тему) С твоей машиной всё в порядке?

Клэрилл: Да.

Алаас: Похоже, нам придётся протестировать все новые системы, а не только как они влияют на манёвренность машины.

Гиперпространство:

В этот момент открывается переход, и корабль кор’хааров выходит в обычный космос.

Перед ним в пространстве висят несколько кораблей разных конструкций. Среди них есть пара кораблей дракхов.

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас: О, о! Кажется, нас обнаружили.

Клэрилл: А разве эти… кор‘хаары нам враги? Может, они нам помогут?

Алаас: Насчёт них не уверен, а вот те – точно враги. (взволнованно) Стартуем!

Открытый космос:

Громовержцы отсоединяются от корабля кор’хааров и, ускоряясь, несутся прочь. От Орфикса (корабль кор’хааров) отлипают два малых силуэта, похожих на восьмиконечные звёзды (такие же мрачные, как и материнский корабль) и преследуют Громовержцев.

Однако у тех есть некоторое преимущество во времени, поэтому через несколько минут, преследователи отстают.

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас: Кажется, ушли.

Клэрилл: И что теперь?

Алаас (проверяя приборы): Судя по данным навигации, мы не очень далеко от станции. (заминается) Ну… как не далеко… Если в гиперпространстве.

Клэрилл: А если нет?

Алаас (озадаченно): Кажется, у нас проблема.

Долан ещё немного колдует над приборами.

Алаас: Согласно навигации в пяти днях пути есть зона перехода, которой мы могли бы воспользоваться.

Клэрилл: Но?

Алаас: Ресурса жизнеобеспечения нам не хватит для длительного перелёта. (думает) Что ж, придётся нам уже сейчас протестировать системы гибернации, установленные Ветровым. Пересылаю инструкцию по активации.

Клэрилл (через пару секунд): Приняла.

Её голос звучит достаточно спокойно, но Долан решает немного взбодрить.

Алаас (пытается звучать весело): Выспимся хоть, пока долетим. А там до дома рукой подать. (короткая пауза) Спокойной ночи.

Он активирует систему гибернации.

Минбар. Йедор:

Ночь. Город раскинулся внизу, словно узор из мягкого серебристого света. Высокие башни поднимаются над тёмными садами, их стены разбиты на строгие грани, которые ловят свет фонарей и отражают его холодными отблесками.

Камера медленно скользит над городом на высоте птичьего полёта.

Архитектура Минбара выглядит почти кристаллической – вытянутые шпили, высокие арки и тонкие мосты соединяют здания, словно грани огромного минерала, выросшего из земли.

Между башнями проходят узкие водные каналы. На их поверхности отражаются фонари, похожие на парящие капли света. Иногда по мостам проходят фигуры минбарцев – тихо, неторопливо.

Камера постепенно опускается и фокусируется на одном здании.

Оно скромнее соседних храмовых башен, но построено в том же стиле: светлый камень, плавные линии, высокий арочный вход и широкие окна, затянутые полупрозрачными панелями.

Похоже, это жилой дом.

Жилой дом. Жилище Каема:

Комната освещена мягким янтарным светом нескольких настенных ламп. Свет отражается от гладких каменных поверхностей и делает помещение почти тёплым, несмотря на ночную прохладу.

Жилище выглядит аскетичным, но не бедным.

У одной стены расположен низкий стол для медитаций, вокруг которого лежат тонкие подушки. На столе аккуратно разложены свитки и несколько тонких кристаллических табличек для записи.

На стене висит тканое полотно с древним символом Валена, выцветшим от времени.

В стене вырезана узкая высокая ниша. Внутри неё стоят предметы культа: чаша с тлеющими ароматическими ветвями и небольшой прозрачный кристалл памяти, внутри которого мерцает слабый свет. От ветвей поднимается тонкая струйка дыма, медленно растворяющаяся под сводом комнаты.

Однако среди привычных для жреца вещей есть несколько странных деталей.

Над медитационным столом закреплено круглое металлическое кольцо из тёмного сплава. Оно покрыто тонкими гравированными линиями, напоминающими концентрические волны. При слабом освещении кажется, будто линии едва заметно мерцают.

На полу рядом лежит плоская пластина из прозрачного кристалла, на которой выгравированы сложные узоры – они больше похожи на карты потоков энергии, чем на религиозный орнамент.

У дальней стены стоит узкая стойка с несколькими небольшими гладкими камнями. Они лежат строго по кругу, словно образуя незримый центр.

В центре комнаты сидит сам Каем.

Минбарец около пятидесяти пяти лет. Его костюм жреца аккуратен и прост – светлая ткань, глубокие складки, длинные рукава. Костяной гребень на голове слегка поседел у основания.

Он сидит прямо, почти неподвижно.

Напротив него – его гостья.

Она сидит спиной к камере. Её фигура скрыта под тёмным плащом. Капюшон низко опущен, полностью закрывая голову.

Несколько секунд в комнате царит тишина.

Где-то за окнами слышен слабый шум ночного города.

Каем внимательно смотрит на свою гостью.

Каем: Всё это очень волнующе, Рамин. Но чем я могу помочь?

Теперь камера показывает и молодую минбарку.

Рамин: Я хочу выяснить правду.

Каем (философски): Разве этого хотят не все?

Рамин: К сожалению, нет. Серый Совет решил возродить пост Избранного. И… (в её руках загорается голограмма Кирана) это их выбор.

Каем (кивает): Несмотря на молодость – это очень волевой и острый умом минбарец. Возможно, я бы подождал хотя бы несколько лет, но, полагаю, Киран достоин такого высокого поста.

Рамин: И тебе не кажется это подозрительным?

Каем: Что именно?

Рамин: Откуда у него столько влияния в таком возрасте? Почему члены Серого Совета прислушиваются к нему? Кто он, в конце концов?

Каем лишь пожимает плечами, невинно улыбаясь.

Каем: На эти вопросы я не могу дать тебе ответ.

Рамин: Но ты можешь попытаться…

Каем (становясь серьёзным): Я не могу влезать в мысли другого без разрешения. Это запрещено.

Рамин (становясь настойчивей): От этого могут зависеть миллиарды жизней, Каем. Минбар оттянул все свои силы с фронтов. Даже рейнджеров. Как самая старшая раса мы являемся лидером в Альянсе. Наше отступление… изоляция… Мы отставляем борьбу за выживание целой галактики. Самоудаляемся. С какой целью? Выжить?

Длинная пауза. Каем не знает, что ответить. Рамин пытается дожать.

Рамин: Это очень подозрительно. И я хочу выяснить, почему молодой малоизвестный минбарец вдруг имеет такое влияние в обществе и как это связано с нашей новой самоизоляцией. Помоги мне, Каем!

Минбарец-телепат долго думает, затем кивает.

Каем: Я помогу тебе. Но… (вскидывает руку, предупреждая открывшую рот Рамин) Я буду делать это по-своему.

Рамин склоняет голову в знак благодарности.

Рамин: Ты окажешь мне и всему Минбару неоценимую услугу.

Орбита Торины-5:

Вокруг станции обычная суета.

Вдруг в стороне открываются гиперпереходы. Оттуда вылетают несколько десятков земных кораблей.

«Вавилон-6». Синий сектор. Командный мостик:

Сандер стоит перед главным экраном, наблюдает за прибывшими кораблями.

Сзади открывается дверь. Входит Келл.

Келл (смотрит на экран): А, это эскадра адмирала Льюиса. Прекрасно.

Сандер (кивает): Нас вызывают. Это адмирал.

Келл: Соедини!

На экране появляется достаточно замученное лицо адмирала.

Льюис: Капитан! Рад вас видеть. Разрешите ступить на борт?

Келл: Мы вам всегда рады, адмирал. Очень буду рад встретить вас лично.

Льюис (настораживается): Но?

Келл: У нас пропали два пилота. Мы готовим поисковую операцию.

Льюис (устало кивает): Понимаю. Вы можете рассчитывать на мои корабли.

Келл: Спасибо, адмирал!

Фиолетовый сектор. Квартира Мут‘Хазата:

Открывается дверь, входит Волков. Он выглядит грозно.

Мрак в комнате шевелится, и показываются глаза кор‘хаара.

Мут’Хазат (спокойно): Ты вошёл без приглашения.

Волков (не скрывая раздражения): Два истребителя исчезли во время ухода вашего корабля.

Небольшая пауза. Мут’Хазат молчит.

Волков: Я хочу знать, что произошло.

Мут’Хазат: Ты уже решил, что виноват я.

Волков: Ваш корабль был последним, что они видели. (сжимает кулак) Если с ними что-то случилось…

Мут’Хазат (перебивает): «…ты заставишь меня ответить.» Так?

Тишина. Волков ничего не говорит.

Кор’хаар приближается почти вплотную.

Мут’Хазат: Когда исчезает звёздная система, я не позволяю себе гнев. Потому что он бесполезен. (пауза) А ты готов начать войну из-за двух пилотов.

Волков: Они не «два пилота».

Мут’Хазат (снова немного отстраняется): А-а. Кто-то, кто тебе дорог?

Волков (тяжело дышит): Если ты знаешь, где они…

Мут’Хазат: Не знаю. (небольшая пауза) Но начинаю понимать.

Кор’хаар закрывает глаза. Несколько секунд стоит неподвижно. Потом медленно произносит:

Мут’Хазат: Мой корабль ушёл в гиперпространство, отправляясь по делам. Если истребители находились слишком близко… Их могло затянуть в образовавшийся поток.

Молчание.

Волков: Они ещё живы?

Мут’Хазат: Ваши машины хрупкие.

Волков (грозно): Если…

Темнота вокруг Мут’Хазата едва заметно приходит в движение.

Мут’Хазат: Договори.

Пауза.

Волков: Если ты знаешь, что произошло и скрываешь… я войду в твой разум.

Несколько секунд тишины.

Потом кор’хаар… смеётся. Не громко. Очень тихо. Хрипло. Но от этого смеха по стенам проходит едва заметная рябь.

Волков закрывает глаза. Концентрируется.

На мгновение кажется, что даже тени в комнате шарахаются в стороны.

Но… ничего. Только глаза Мут’Хазата становятся ярче.

Мут’Хазат: Любопытно…

Волков усиливает давление. Его начинает слегка трясти от напряжения.

Кор’хаар впервые перестаёт выглядеть совершенно спокойным. Он слегка отодвигается обратно во мрак. Совсем немного.

Мут’Хазат медленно поднимает руку. И… Волкова бросает о дверь за спиной.

В голове появляются тысячи чужих голосов.

Николай с трудом выпрямляется, хотя ему тяжело стоять на ногах.

Мут’Хазат (всё тем же спокойным голосом): Так ощущается мой разум. (пауза) Ты действительно хотел войти внутрь?

Давление усиливается. Волков падает на одно колено. Из носа течёт кровь. Он всё ещё пытается держать контакт.

Мут’Хазат: Ради двух пилотов? (пауза) Или всего одного? (звучит насмешливо) Самки. Вы Младшие так примитивны.

И вот здесь впервые… Мут’Хазат, снова выдвинувшийся из тьмы, словно теряет контроль. Щупальца биотека за спиной вздрагивают и замирают.

Мут’Хазат (в хриплом шёпоте непроизвольно проскакивает обеспокоенность): Невероятно… (пауза) Ты всё ещё здесь.

Николай с трудом поднимает голову. Улыбается. Через кровь.

Волков (дрожащим голосом): Тени тоже… в своё время… недооценили… людей.

Глаза Мут’Хазата вспыхивают ярче, и Николая прижимает к двери, словно придавливает тяжёлой плитой. Но в то же время можно заметить, что кор‘хаар не совсем контролирует положение. Щупальца непроизвольно вздрагивают.

Мут’Хазат (грозно): Тени…

Он не продолжает, вдруг ослабляет давление. Отступает.

Николаю становится легче дышать, он отлипает от двери, склоняется, но держится на ногах.

Мут’Хазат: Пропажа твоих пилотов – случайность. Я узнаю их судьбу. А теперь уходи. (короткая пауза) И больше не приходи ко мне, иначе… я не буду столько благосклонен.

Кор‘хаар отодвигается во тьму, исчезая из виду.

Неизвестный сектор. Открытый космос:

Два Громовержца скользят сквозь пустоту по инерции с отключенными двигателями.

Борт Громовержца Сигма-11:

Клэрилл спит, находясь в гибернации прямо в кресле пилота. Мониторы показывают состояние машины и пилота. Всё в порядке.

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас также в гибернации. Вдруг показания сенсоров вздрагивают. Несколько секунд ничего не происходит, затем снова. Когда повторяется снова, в кабине раздаётся тревожный сигнал, а система гибернации начинает выводить пилота из сна.

Через пару минут Долан с трудом открывает глаза, медленно приходит в себя, осматривается. Замечает показания сенсоров. Включает канал связи.

Алаас: Натали?

Ответа нет.

Алаас: Натали?

Снова нет.

Алаас: Компьютер, проверить состояние пилота ведомой машины!

Клэрилл (сонно): Долан?

Алаас: Натали. Ты как?

Клэрилл (заторможено): Кажется, в порядке. Что случилось?

Алаас: Сенсоры обнаружили объект впереди по курсу.

Клэрилл (бодрее): Что это?

Алаас (колдует с приборами): Сейчас узнаем.

С минуту они оба пристально смотрят на показания датчиков, затем начинает что-то проясняться.

Алаас (озадаченно): Вот те раз. Натали, видишь?

Клэрилл (настороженно): Вижу.

Открытый космос:

Впереди по курсу камера показывает плеританский эсминец класса «Хатуда».

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас внимательно наблюдает за показаниями.

Клэрилл (по каналу связи): Манёвр уклонения?

Алаас: Погоди. Пока наши системы выключены, нас сложнее обнаружить. И не похоже, чтобы нас заметили.

Клэрилл: Но мы летим прямо на них. Потом может не быть шанса уйти.

Долан не спешит отвечать. Он обнаруживает кое-что.

Алаас: Смотри! У него повреждение по правому борту. Он не движется.

Клэрилл: И что это значит?

Алаас: Если он повреждён и эвакуирован, у нас есть шанс пополнить там запасы. Наше жизнеобеспечение долго не протянет, даже с гибернацией. Запаса на полтора дня. А до врат лететь ещё как минимум трое суток.

Клэрилл: Ты хочешь сказать, у нас нет другого выбора?

Алаас: Ну раз вляпались, так вляпались по полной.

Открытый космос:

Громовержцы подлетают к Хатуде со стороны правого борта, в котором видна достаточно большая дыра. Истребители заходят на корму и влетают в ангар.

Камера медленно облетает плеританский эсминец и показывает левый борт. К нему пристыкован небольшой корабль неизвестной конструкции.

Минбар. Йедор. Мемориал:

Вечер.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Разрушенные кварталы города тонут в золотисто-красном свете. Вода продолжает размеренно падать в небольшой бассейн.

Рамин стоит у самого края. Позади раздаются знакомые шаги. Она не оборачивается.

Рамин: Я подумала, что снова встречу тебя здесь.

Киран подходит и становится рядом. Несколько секунд оба молчат.

Капля. Ещё одна.

Киран: Ты выглядишь так, словно нашла ответ.

Рамин (спокойно): Нет. (пауза) Скорее вопрос.

Киран едва заметно улыбается. Рамин наконец поворачивается к нему. Её взгляд спокоен, но в нём виднеется жёсткость.

Рамин: Я изучала архивы.

Киран никак не реагирует. Будто ожидал этого.

Рамин: Проект «Тёмная звезда».

Молчание. Киран продолжает смотреть на разрушенный город.

Киран: Достойный проект.

Рамин (слегка растерянно): Достойный?

Киран: Разве нет? Тёмные звёзды сейчас там (коротко смотрит в небо) и выполняют свои задачи. Жаль только, что Эрлен передал их «Вавилону-6». Они бы нам сейчас больше пригодились. Надеюсь, мы это исправим.

Рамин молчит, снова собираясь мыслями, потому что ответ Кирана сбил ей.

Рамин: В архивах проекта упоминается твоё имя. Хотя ты не был официальным участником программы.

Теперь Киран переводит взгляд на неё. Долгое молчание. Вместо ответа он делает несколько шагов вдоль бассейна. Рамин идёт следом.

Киран: Я лишь помог принять решение.

Рамин: Именно ты убедил Мастеров начать работу. Именно ты добился одобрения Совета. Именно ты курировал программу подготовки экипажей. (пауза) Для обычного Воина, который официально не занимал никакой должности… слишком много влияния.

Киран (слегка усмехается, кажется, пытается пошутить): Ты впечатлена?

Рамин: Я напугана.

Неожиданный ответ для Кирана.

Рамин (продолжает): Почему минбарец, который так много говорит о традициях… является потомком клана, верно служившего ворлонам… решил использовать технологии Теней?

Киран некоторое время смотрит на воду.

Киран: Потому что традиции существуют не для того, чтобы погибнуть вместе с нами. (спокойно продолжает) После Битвы за Минбар… мы впервые за долгие годы почувствовали страх. Все увидели одно и то же. Минбар больше не неприкосновенен. Мы могли продолжать повторять древние молитвы… или начать готовиться к следующей войне. Мы знали, она будет. Только некоторые снова решили не видеть и не знать.

Рамин: Ценой того, против чего сами же сражались тысячу лет?

Киран: Нет. Ценой использования оружия против оружия. Это разные вещи. Мы победили. Трофеи достаются победителям. Я не прав?

Рамин (внимательно смотрит на него): Архивы утверждают… для создания технологий Теней использовались живые существа. Для Тёмных звёзд… тоже?

Киран спокойно выдерживает её взгляд.

Киран: Да. Приговорённые пираты. Безнадёжно больные. Добровольцы. Только те, чья жизнь уже подходила к концу.

Рамин: Да, я видела. Мастера получили именно такие гарантии, прежде чем дать согласие. Это правда?

Киран (пристально смотрит на собеседницу): Минбарцы не врут. Разве нет?

Рамин не отвечает. По её взгляду понятно, она прекрасно знает всю эту кухню с «минбарцы не врут», что обычно вовсе не означает, что они говорят правду.

Киран (отвечая на этот взгляд): Мастерам этого оказалось достаточно.

Его ответный взгляд прекрасно подчёркивает то, что многим минбарцам удобно не видеть истины, прикрываясь чужими словами.

Рамин: Ты понимаешь… ты всё равно переступил черту?

Киран впервые улыбается шире. Не насмешливо. Скорее… с сожалением.

Киран: Рамин… черта существует только для тех, кто боится сделать следующий шаг.

Он медленно проводит ладонью над водой. Капля падает. Круги расходятся по поверхности.

Киран: Когда-то Серый Совет решил, что лучший способ сохранить Минбар – ничего не менять. И посмотри… куда это нас привело. Война. Бомбардировка столицы. Страх.

Рамин: Ты говоришь так, словно только ты способен всё исправить.

Киран: Нет. Я говорю: каждый из нас способен на это. Нужно только решиться. Я лишь тот, кто должен был начать.

Пауза. Рамин делает ещё один шаг.

Рамин: Ты ведь не остановишься. Даже если тебе придётся идти одному. Даже если Мастера передумают. Даже если Совет запретит.

Киран смотрит ей прямо в глаза.

Киран: Нет. Потому что однажды история спросит не о том, соблюдали ли мы правила. Она спросит, смогли ли мы сохранить свой народ. Что останется от великой культуры Минбара, если самого Минбара больше не будет?

Тишина. Только звук падающей воды.

Рамин: Ты опасный человек.

Киран: Для врагов Минбара – безусловно.

Рамин (качает головой): Нет. Для самого Минбара.

Киран: Разве? Деленн ведь тоже такая, но она твой идеал. Она приняла решение и не побоялась последствий. Она пошла против всех. В итоге это привело к победе и развитию Минбара.

На мгновение между ними возникает напряжение. Но Киран неожиданно смягчается. Он смотрит уже не на Рамин, а куда-то за горизонт.

Киран: Знаешь… что меня всегда поражало в тебе? Ты продолжаешь искать истину, даже когда она неприятна и причиняет тебе боль. Большинство давно выбрало бы сторону, ушло от ответственности, предпочитая молчать. Ты продолжаешь задавать вопросы. Именно поэтому ты мне нужна.

Рамин (слегка хмурится): Нужна?

Киран: Не как последователь. И не как человек, который будет соглашаться со мной.

Он делает шаг ближе. Спокойно. Уверенно.

Киран: Мне нужен союзник, способный остановить меня, если однажды я действительно ошибусь. Потому что вокруг меня становится всё больше тех,

кто предпочитает соглашаться. А такие люди опаснее любых врагов.

Рамин внимательно изучает его лицо. Пытается понять… искренен ли он.

Киран: Ты хочешь изменить Минбар. Я тоже. Разница лишь в том, что ты веришь, будто его можно исцелить, не вскрывая старые раны. А я слишком хорошо знаю, что иногда хирург вынужден сделать разрез, чтобы спасти жизнь.

Он делает небольшую паузу. Делает шаг почти вплотную, смотрит пристально в глаза.

Киран: Не становись моим противником, Рамин. Минбар уже пережил слишком много расколов. Стань рядом со мной. Не позади. Не впереди. Рядом. И тогда однажды мы сможем оставить потомкам Минбар, который больше не будет бояться собственного будущего.

Рамин ничего не отвечает. Она сначала отвечает таким же пристальным взглядом, затем смотрит на воду.

Капля. Ещё одна.

Рамин: А как же Совет? Разве не он правит Минбаром?

Киран (с презрительной уверенностью в голосе): Совет… Совет больше не указывает мне… и рядом со мной, он не будет указывать и тебе.

На лице Рамин невозможно прочитать, отвергла ли она эти слова… или впервые задумалась, что Киран действительно может верить в каждое из них.

Неизвестный сектор. Открытый космос:

В пространстве висит плеританский эсминец класса «Хатуда» с явными следами повреждений. К нему пристыкован небольшой корабль.

Камера облетает Хатуду с кормы и влетает в ангар.

Там видны два Громовержца.

Борт Хатуды. Коридоры:

Алаас и Клэрилл медленно идут по тёмным коридорам. В руках у них оружие. Они наготове. Присматриваются и прислушиваются. Фонари в руках скользят по стенам.

Они идут уже какое-то время, но пока им встречаются только мёртвые плеритане. Никого живого нет.

Алаас (опуская и осматривая внимательно мертвеца): Убиты из плазменного оружия. Похожее на наши военные образцы.

Они идут дальше. Вдруг слышится какой-то звук. Они настораживаются, прислушиваются. Звук повторяется, и теперь понятно, откуда он идёт. Алаас делает короткий кивок головой, и они сворачивают в нужный коридор, становясь ещё более осторожными.

Коридор перед машинным отсеком:

Алаас и Клэрилл подкрадываются к машинному отсеку и заглядывают внутрь.

Машинный откек:

Здесь больше освещения. Внутри несколько человек в форме земного десанта. Они заняты разборкой оборудования.

Клэрилл удивлённо смотрит на них, потом поворачивается к Долану. Тот выглядит ошарашенным, а не просто удивлённым.

Клэрилл: Что такое?

Алаас: Я их знаю.

Клэрилл: Это же хорошо. Значит, они друзья.

Она хочет сделать шаг вперёд, но Долан достаточно резко одёргивает её назад.

Алаас: Они все должны быть мертвы. (короткая пауза) Они погибли в прошедших боях.

Теперь уже Натали ошарашена.

Клэрилл: Как такое может быть?

Долан не успевает ответить. Из другого коридора появляется знакомая фигура.

Алаас (поражённо шепчет): Руссо?!

Голос сзади: Да, это он.

К виску Долана приставлено дуло автомата. Он медленно поднимает руки. Клэрилл делает то же самое.

Голос: Командир! Смотри, кого я тут нашёл!

Все в машинном отсеке оборачиваются на оклик. Сначала настораживаются и вскидывают оружие, потом, видя, что ситуация под контролем, расслабляются.

Руссо тем временем, увидев Алааса и Клэрилл, сначала тяжело вздыхает, затем подходит, кладёт руку на плечо пилоту.

Руссо: Рад тебя видеть Долан. (пауза) Хотя обстоятельства весьма странные. (ещё пауза) Что вы тут делаете?

Алаас: Если честно… мы сами не знаем, где оказались. Корабль кор‘хааров уходил в гиперпространство…

Руссо: Корабль кого?

Алаас (отмахивается): Не важно. В общем, мы случайно тут оказались. Думали конец. Но системы засекли этот корабль. Он был повреждён и не отвечал. Мы решили, что экипаж либо эвакуировался, либо погиб. У нас оставалось совсем немного ресурса систем жизнеобеспечения, поэтому мы решили рискнуть. Восполнить запасы, сориентироваться. Пристыковались… а дальше ты знаешь.

Руссо (кивает): Значит, просто повезло.

Алаас: Но меня больше интересует, как вы тут оказались? Уверен, твоя история будет невероятней.

Руссо некоторое время молча смотрит на Алааса, словно решая, насколько вообще стоит отвечать.

Руссо: После того как я покинул «Вавилон-6», я вернулся на планету, где когда-то обнаружили одну машину.

Алаас: Я, кажется, припоминаю что-то об этом.

Пьер переводит взгляд на одного из бойцов.

Руссо: Эта машина… она способна…

Алаас: Создавать людей.

Долан и Клэрилл невольно смотрят туда же.

Руссо (кивает): Не возвращать погибших. Не воскрешать. Создавать новых.

На несколько секунд повисает тишина.

Алаас: Тогда кто они?

Руссо: Это зависит от того, что ты называешь человеком.

Алаас смотрит на Руссо уже совершенно иначе.

Руссо: Я потерял много людей. Хороших людей. Я помнил их голоса, привычки, истории, то, как они шутили, как ругались, как вели себя в бою. Машина смогла использовать мои воспоминания. (делает небольшую паузу) И создала их.

Алаас переводит взгляд на бойцов. Теперь он рассматривает их уже не как солдат, а как нечто, чему пока не может подобрать определения.

Алаас: Но это не они.

Руссо (слегка опускает глаза): Нет. (пауза) Я знаю.

Алаас: Тогда кто?

Руссо долго не отвечает.

Руссо: То, что я о них помню.

Он говорит это спокойно, но в голосе впервые появляется усталость.

Руссо: Я не знал их мыслей. Не знал, что они делали, когда меня не было рядом. Не знал, что они чувствовали в последние минуты своей жизни. Машина не могла создать то, чего не было в моей памяти.

Алаас: Значит, она заполнила пробелы сама?

Руссо: Она очень умная. (смотрит на одного из бойцов) Поэтому иногда они удивляют меня. Иногда говорят то, чего я от них не ожидал. Но чаще всего… они остаются такими, какими я их помнил.

Алаас хмурится.

Руссо: Это не совсем то, чего я хотел. (пауза) Но это лучше, чем рисковать настоящими людьми.

Рядом с Клэрилл проходит один из бойцов. Он замечает её, останавливается.

Боец: Хочешь расскажу забавный случай?

Клэрилл неуверенно кивает.

Боец: Тогда слушай. У нас с Хэнком однажды была история… сидим мы после боя в столовой. Хэнк уже пьяный, а напротив него эта девчонка из снабжения. Он ей говорит: «Если ты сейчас улыбнёшься, я женюсь на тебе прямо здесь».

Клэрилл едва заметно улыбается.

Боец: А она ему: «Сначала протрезвей». А он отвечает: «Тогда ты мне точно не понравишься».

Боец смеётся сам, словно воспоминание действительно забавляет его.

Боец: Потом они ушли вместе. Утром Хэнк пришёл без рубашки, с разбитым носом и заявил, что это была лучшая ночь в его жизни. (качает головой) А через час выяснилось, что он всю ночь провёл в кладовке.

Клэрилл тихо усмехается.

Боец: Вот такой был Хэнк.

Он разворачивается и уходит. Клэрилл провожает его взглядом.

Алаас продолжает разговор с Руссо.

Алаас: А Хэнк?

Руссо: Погиб.

Алаас: И тот?

Руссо: Тоже.

Алаас (бросает взгляд на ушедшего бойца): Но ты его помнишь.

Руссо: Конечно.

Алаас (меняет тему): А что с Хатудой?

Руссо: Мы сами её взяли. Притворились обломками. Дождались, пока они перестанут считать нас угрозой. Потом ударили. Вывели из строя орудия, двигатели и взяли корабль на абордаж.

Алаас: И решили его восстановить?

Руссо: Хотели. Но плеританская техника сложнее, чем казалось. Мы можем разобрать её, понять отдельные системы, снять то, что нам нужно. А восстановить весь корабль – пока нет. (кивает на оборудование) Поэтому собираем всё ценное. Может пригодиться.

Клэрилл смотрит в сторону коридора. Через некоторое время тот же боец возвращается. Останавливается возле неё.

Боец: Хочешь расскажу забавный случай?

Клэрилл медленно поворачивается. Несколько секунд удивлённо смотрит на него.

Боец (не дожидаясь ответа): Тогда слушай. У нас с Хэнком однажды была история…

Клэрилл перестаёт улыбаться. Те же слова. Тот же тон. Та же интонация.

Боец: …сидим мы после боя в столовой. Хэнк уже пьяный, а напротив него эта девчонка из снабжения. Он ей говорит: «Если ты сейчас улыбнёшься, я женюсь на тебе прямо здесь».

Клэрилл смотрит на него, не моргая. Он продолжает рассказ слово в слово.

Боец: А она ему: «Сначала протрезвей». А он отвечает: «Тогда ты мне точно не понравишься».

Клэрилл переводит взгляд на Руссо. Тот не смотрит на неё, с печальным взглядом слушает рассказ.

Боец: Потом они ушли вместе. Утром Хэнк пришёл без рубашки, с разбитым носом и заявил, что это была лучшая ночь в его жизни. (пауза) А через час выяснилось, что он всю ночь провёл в кладовке. (снова усмехается) Вот такой был Хэнк. Верно, командир?

Руссо (кивает): Верно, Гарри.

Клэрилл ничего не говорит. Боец уходит. Она продолжает смотреть ему вслед.

Клэрилл (поражённо): Это не человек… Это ожившее воспоминание.

Она медленно опускает взгляд. И впервые за всё время пребывания на корабле ей становится по-настоящему не по себе.

Алаас: Это… (потирает ладонью лоб в попытке найти подходящие слова) Пьер…

Руссо становится хмурым.

Руссо (холодно): Мы ведём войну. Я устал терять людей и теперь действую иначе. Я использую возможности, какие у меня есть.

Клэрилл: Но…

Натали ловит грозный взгляд Пьера и замолкает.

Руссо: Когда мы закончим здесь, мы доставим вас к ближайшим вратам. Вы сможете вернуться на «Вавилон-6».

В этот момент несколько солдат протаскивают неподалёку трупы членов плеританского экипажа. Алаас и Клэрилл недоумённо прослеживают за ними взглядом.

Руссо (немного смягчившись): Машине нужна биомасса для… (он замолкает) Для работы.

Пауза затягивается. Пьер тяжело вздыхает, отвечая на хмурый, неодобряющий взгляд пилота.

Руссо: У каждого свой путь, Долан. (снова кладёт руку на плечо пилота) Нам предстоит провести пару дней вместе. Давай не будем усложнять. Лучше расскажите, что случилось в моё отсутствие?

Он разворачивается и уходит.

Минбар. Йедор. Учебный комплекс:

День.

Кэти сидит на невысокой каменной ограде внутреннего сада. Вокруг проходят ученики разных рас.

Позади раздаётся знакомый голос.

Сандел: Здравствуй.

Кэти оборачивается. Искренне удивляется.

Кэти (улыбаясь): Ого… Ты?

Сандел слегка склоняет голову по-минбарски.

Сандел: Я.

Неловкая пауза. Кэти спрыгивает с ограды.

Кэти: Ну? Что на этот раз? Рамин опять решила использовать тебя как курьера?

Сандел (качает головой): Нет.

Кэти выжидающе смотрит. Ничего. Она вопросительно разводит руками.

Кэти: И?

Сандел (спокойно, но слегка растерянно): Ничего.

Ещё одна пауза.

Кэти: Подожди… Ты пришёл… (нарочно делает драматическую паузу) …без поручения?

Сандел (совершенно серьёзно): Да.

Кэти смотрит несколько секунд. Она смотрит на его руки.

Кэти: Либо минбарцы научились передавать сообщения взглядом.

Сандел (опускает взгляд): У меня нет сообщения.

Кэти ждёт продолжения. Его нет.

Кэти: Всё?

Сандел: Да.

Она смотрит на него. Потом начинает смеяться.

Кэти: Ты пришёл сюда просто сказать, что ничего не принёс?

Сандел (серьёзно отвечает): Нет. (пауза) Я пришёл увидеть тебя.

Это выбивает её сильнее, чем если бы он сказал что-то романтическое. Потому что он произносит это совершенно без игры. Просто факт.

Кэти на секунду теряет привычную лёгкость. Потом неожиданно улыбается гораздо теплее.

Кэти: Это… неожиданно.

Они медленно идут по аллее. Несколько секунд молчат.

Сандел явно не знает, с чего начать разговор. Кэти спасает ситуацию.

Кэти: Ну и о чём обычно разговаривают минбарцы, когда приходят без поручения?

Сандел (честно задумывается): Не знаю.

Кэти (тихо смеётся): Это лучший ответ, который я сегодня слышала. И самый честный. Хоть минбарцы всегда и говорят, что не лгут, фальшью от них воняет на милю.

Девушка понимает, что сказала нечто неприятное.

Кэти (виновато): Прости.

Сандел: Ничего.

Они проходят мимо небольшой группы учеников. Кэти мельком наблюдает за ними, пытаясь найти тему для разговора.

Кэти: Знаешь, я начинаю думать, что это место специально создано, чтобы проверять людей на прочность.

Сандел: Минбарские школы существуют уже тысячи лет.

Кэти: Вот именно. Тысячи лет люди… минбарцы приходят сюда и добровольно соглашаются, чтобы их учили… (подражает поучительному тону) сидеть неподвижно и молчать.

Она смотрит на него.

Кэти: Вы странные.

Сандел (едва заметно улыбается): Возможно. С нашей точки зрения, вы гораздо более странные и… непонятные. Беспорядочные.

Кэти смотрит вперёд, словно между делом.

Кэти: А вы с братом любили ходить в школу?

Сандел останавливается. Не резко, но достаточно, чтобы Кэти заметила.

Сандел: Киран?

Кэти (пожимает плечами): Да.

Сандел несколько секунд смотрит на неё.

Сандел: Кажется… я не говорил тебе о нём.

Пауза. Кэти понимает, что он заметил. Но быстро выкручивается.

Кэти: Нет? (делает вид, что вспоминает) Может, Рамин упоминала. Или я слышала от кого-то ещё. Он же такая известная личность. Расскажешь мне о нём?

Сандел всё ещё немного удивлён, но принимает объяснение. Они продолжают идти.

Сандел: Киран действительно известен. Но он… (говорит о брате с заметным воодушевлением) Он другой. (пауза) Когда он входит в комнату, на него обращают внимание. Не потому, что он требует этого. Просто… так происходит.

Кэти слушает внимательно, стараясь расслышать что-то важное.

Сандел: Он уверен в себе. Он знает, чего хочет. Он быстро принимает решения. Видит то, чего не видят другие. (небольшая улыбка) Он всегда был таким.

Кэти: И ты хотел быть таким же?

Сандел (задумывается): Когда был младше. (пауза) Наверное, все хотят быть похожими на того, кем восхищаются.

Кэти (смотрит на него): А сейчас?

Сандел (опускает взгляд): Сейчас я понимаю, что мы просто разные. Я никогда не буду, как он. Мне не дано. У меня нет его амбиций и талантов для их осуществления.

Он говорит это без обиды. Скорее спокойно.

Сандел: Киран сильный. Умный. Он может вести за собой других. (пауза) А я… я не такой.

Кэти останавливается. Сандел тоже.

Кэти: Знаешь, это странно.

Сандел: Что?

Она смотрит на него с лёгкой улыбкой.

Кэти: Я никогда не встречала твоего брата. (пауза) Но почему-то думаю, что ты мне понравился бы больше.

Сандел явно не ожидал такого ответа.

Сандел: Ты даже его не знаешь.

Кэти (пожимает плечами): Именно. Но я знаю тебя. (пауза) Я уже знаю достаточно людей, которые слишком уверены, что всегда правы. Из этого всегда выходит какая-нибудь бяка. (смотрит на него) А ты хотя бы сомневаешься.

Кэти неожиданно берёт его под руку. Сандел замирает.

На мгновение он даже перестаёт идти. Не потому, что ему неприятно — наоборот. Просто он не знает, как правильно реагировать. В его мире такие жесты не происходят случайно.

Кэти замечает его реакцию, но не отпускает.

Кэти (с улыбкой): Что? Расслабься. Я не собираюсь похищать тебя.

Сандел смотрит на неё, пытаясь понять, шутит она или нет.

Кэти (смеётся): Вот. Опять. Ты всё анализируешь. (слегка тянет его вперёд) Иногда можно просто идти.

Сандел ещё несколько секунд смотрит на неё, затем медленно делает шаг.

Они продолжают идти по аллее. Теперь уже не просто рядом. Вместе.

Орбита Торины-5:

Возле станции помимо прочего корабли эскадры адмирала Льюиса, но не все.

«Вавилон-6». Командный мостик:

Келл стоит возле главного экрана, на котором отображается звёздная карта с одной стороны, а с другой стороны карта гиперпространства.

Сзади подходит Сандер.

Сандер: Капитан, на связь выходили поисковые группы из сектора, указанного Мут‘Хазатом. (короткая пауза) Пока никаких новостей.

Келл (кивает, не оборачиваясь): Я понял, сержант. Продолжайте!

Сандер не успевает отойти, как раздаётся сигнал открытия врат.

Орбита Торины-5:

Через открытые гиперврата выходят два Громомвержца.

«Вавилон-6». Командный мостик:

Голос Алааса (по каналу связи): «Вавилон-6»! Говорит Сигма-1. Соскучились?

На лицах сотрудников радостные улыбки.

Серый сектор. Склад:

Волков входит. Вокруг царит полумрак. Но посреди помещения стоит Долион. Перед ним в воздухе парит сложная многомерная структура – бесконечно переплетающиеся линии и поверхности, которые постоянно меняют форму, словно он наблюдает саму ткань пространства сразу в нескольких измерениях.

Долион неподвижно следит за её изменениями, иногда едва заметным движением руки изменяя отдельный фрагмент.

Николай останавливается рядом.

Волков: Сделай меня сильнее.